Первая леди фантастики

Евгений ХАРИТОНОВ

 

До недавнего времени фантастика (как, тем более, и детектив) была литературой преимущественно «мужской», а уж в позапрошлом веке встретить писателя-фантаста в юбке было и вовсе немыслимо.

 
«Во время первого взрыва “уравнительных” революций достигшая власти чернь удовлетворила свою вековую зависть и затаенную злобу… Но полное равенство — не что иное, как недостижимая утопия, которую никогда и никакая архиреволюция не осуществит… Не было дворянства, но были дворянские титулы… Вражда против Бога стала Лозунгом, Творцу объявили войну, оскверняли Его храмы, убивали служителей Его, и все это проделывалось под лукавым знаменем мнимой “свободы”».

Столь жуткие и прозорливые строки были написаны за семь лет до Октябрьского переворота 1917 года и прозвучали в фантастическом романе «Смерть планеты».

Автор приведённых строк, популярная романистка Вера Крыжановская-Рочестер, скончалась после революции на чужбине в полной нищете.
Этот этюд назван «Первая леди фантастики» не ради красного словца. Русская писательница и спиритуалист Вера Ивановна Крыжановская исторически действительно является первой женщиной-фантастом в мировой литературе, и уж точно первым профессиональным писателем-фантастом в России. Обращение к фантастике Мэри Шелли, создательницы знаменитого «Франкенштейна», случайно, а общепризнанный «первый» отечественный профессионал научной фантастики (под этим словосочетанием мы подразумеваем писателя, чьё творчество целиком или почти целиком располагается в русле фантастики) А.Р. Беляев дебютировал в жанре лишь спустя год после смерти Крыжановской.

Так что писательница по праву претендует на титул «Первой леди фантастики».

Впрочем, не всё так просто. Более 70 лет Вера Ивановна Крыжановская была закрыта для отечественного читателя. Если же в каких справочниках или статьях и упоминалось её имя, то исключительно в негативном ключе: для советской критики она всегда была типичным представителем буржуазных направлений литературы, чуждых советской идеологии. Да и при жизни — не смотря на феноменальную популярность её книг — писательницу оценивали преимущественно в контексте бульварного чтива. Что вполне справедливо. И всё-таки книги её были по-своему замечательны. Во всяком случае, Вера Ивановна была отменной мастерицей по части сюжетоплетения.

Итак, что мы знаем о первой русской писательнице-фантасте?

Происходила Вера Ивановна из старинного дворянского рода Тамбовской губернии, однако родилась в Варшаве 14 июля 1861 года, где отец её — генерал-майор артиллерии Иван Антонович Крыжановский — командовал артиллерийской бригадой. Хорошее образование будущая писательница получила ещё дома. Книги в семье Крыжановских были в почёте. И с раннего детства Вера Ивановна увлеклась древней историей и оккультизмом. Она была очень болезненной девочкой и, по её собственному признанию, искренне верила, что таинственные космические силы уберегут её от зла и болезней.

В 1871 году умер отец, и семья оказалась на грани бедности. С большим трудом удалось пристроить Веру в Петербургское Воспитательное общество благородных девиц. А уже в следующем году будущая писательница поступила в Санкт-петербургское училище св. Екатерины (Екатерининский институт), но слабое здоровье и финансовые проблемы помешали ей закончить полный курс — в 1877 году она была уволена и завершила обучение дома.

С восемнадцати лет Крыжановская стала пробовать свои силы в литературе. В 1880 году она уезжает во Францию, где небезуспешно выступает на сеансах в качестве медиума и — пишет, пишет, пишет. Многие современники отмечали удивительную при её слабом здоровье работоспособность. В 1886 году в Париже вышла и первая книга Крыжановской — историческая повесть ‘Episode de la vie de Tibere’ (В русском переводе «Эпизод из жизни Тиберия»,1906). Следует отметить, что Вера Ивановна, в совершенстве владея французским языком, все свои произведения писала исключительно на французском, и только потом они переводились на русский.

Уже в первом опубликованном произведении писательницы явно проскальзывают оккультные и фантастические мотивы. Некоторые биографы (например, Вс. Нымтак, Б. Влодарж, А. Асеев) утверждали, что значительную роль в творческой ориентации писательницы сыграл её муж С.В. Семёнов, камергер при Собственной Его Императорского Величества канцелярии и известный в своё время спирит, председатель Санкт-Петербургского «Кружка для исследования в области психизма». Но так ли это? Ведь Вера, к моменту её знакомства с Семёновым, и сама была весьма авторитетным медиумом, её спиритические сеансы посещал сам Цесаревич. Что же касается творческих ориентиров, то, несомненно, на Крыжановскую-писательницу большое влияние оказали оккультные доктрины Е.П. Блаватской, Папюса и Аллана Кардека. И, конечно же, европейская литературная фантастика.

В Париже В. Крыжановская создала целый ряд историко-оккультных романов — «Фараон Мернефта» (1888), «Царица Хатасу» (1894), «Сим победиши» (1893), «Месть еврея» (1890) и др. Исторические произведения писательницы имели известный успех. И не только благодаря умело выстроенной сюжетной интриге. Критик В.П. Буренин, высоко оценив роман «Царица Хатасу», отмечал, что «мадам Крыжановская» знает быт древних египтян «может быть даже лучше, чем прославленный исторический романист Эберс» («Новое время»,1895, 13 янв.). Крыжановской и в самом деле довольно точно удавалось передавать сам дух исторической эпохи, отображенной в романах, произведения насыщены множеством интересных деталей. За роман «Железный канцлер Древнего Египта» (1899) французская Академия Наук удостоила писательницу титула «Офицер Французской Академии», а в 1907 году Российская Академия не менее высоко оценила роман «Светочи Чехии» (1903).

Однако чаще всего российская критика предпочитала игнорировать творчество писательницы. По-своему, впрочем, обратил внимание на писательницу А.М. Горький. В статье «Ванькина литература» (1899) он в пух и в прах разнёс прозу Крыжановской, отмечая, что писательница ориентируется на малокультурного обывателя, предпочитающего бульварные развлекалочки высокой литературе.

Параллельно с историческим циклом В.И. Крыжановская начала серию романов «чистой» фантастики — «оккультно-космологический цикл» (определение Крыжановской) «Маги».

Однако прежде чем перейти к обзору фантастических произведений писательницы, несколько слов о мистике вообще и о возникновении псевдонима «Рочестер», поскольку имя это имеет самое непосредственное отношение к фантастическому. Уже на титулах ранних книг Веры Ивановны значился таинственный автор (или соавтор?) Рочестер, чаще, правда, через дефис после настоящей фамилии писательницы.

«К этому периоду жизни [1890-е гг. — Е.Х.] относится событие огромной для нее важности, — вспоминает один из биографов писательницы Блажей Влодарж, — а именно: первая встреча с ее Учителем и невидимым покровителем И.В. Рочестером. Он полностью материализовался, воспользовавшись медиумическими способностями самой Веры Ивановны, и предложил ей всецело отдать свои силы на служение Добру. Предложил писать под его руководством… Но фактически Рочестер не псевдоним Веры Ивановны Крыжановской, а соавтор ее романов».

Конечно, подобные пассажи с вызыванием духов умерших (граф Рочестер — английский поэт Дж. Уилмот (1647—1680), чей дух якобы и «диктовал» писательнице её произведения) могут вызвать разве что усмешку. Хотя… По свидетельствам современников, после вступления в медиумический контакт с «Учителем», Вера Ивановна излечилась от тяжелой и в то время не поддающейся лечению болезни — хронического туберкулеза. Правда это или красивая легенда — не берусь утверждать.

И всё-таки, внимательно вглядываясь в детали биографии писательницы, изучая «показания» современников, легко заметить: вся жизнь Веры Ивановны была окутана каким-то мистическим ореолом. Вот, к примеру, свидетельство В.В. Скрябина о том, как она писала свои романы: «Часто во время разговора она вдруг замолкала, слегка бледнела и, проводя рукою по лицу, начинала повторять одну и ту же фразу: “Скорее карандаш и бумагу!” Обычно в это время Вера Ивановна сидела в кресле за маленьким столом, на котором почти всегда были положены карандаш и кипа бумаги. Голова ее слегка откидывалась назад, и полузакрытые глаза были направлены на одну определенную точку. И вдруг она начинала писать, не глядя на бумагу. Это было настоящее автоматическое письмо. <...> Это состояние транса продолжалось от 20 до 30 минут, после чего Вера Ивановна обычно впадала в обморочное состояние… Каждый раз письменные передачи заканчивались одной и той же надписью: “Рочестер”. По словам Веры Ивановны, это было имя (вернее — фамилия) Духа, который входил с нею в сношение».

Подобное же свидетельство мы находим и в «Литературных заметках» (1916) М. Спасовского: «Она всегда пишет на французском языке, в бессознательном состоянии… Написанное ею переводится на русский язык и тщательно редактируется иногда самим автором, иногда близким ею человеком».

Основная тема фантастических романов В.И. Крыжановской-Рочестер — вселенская борьба божественных и сатанинских сил, взаимозависимость скрытых сил в человеке и космосе, тайны первородной материи… Тайны реинкарнации сознания и души раскрыты писательницей уже в исторической серии («Царица Хатасу» и др.). Спиритуалистическая и научно-фантастическая линии закрепились в ранних романах «Заколдованный замок» (1898), «Два сфинкса» (1900), «Урна»(1900) и широко раскрылись в самой популярной серии В.И. Крыжановской — пенталогии «Маги», в которую вошли романы «Жизненный эликсир» (1901), «Маги» (1902), «Гнев Божий» (1909), «Смерть планеты» (1911) и «Законодатели» (1916). В жанровом отношении этот цикл являет довольно странную смесь оккультно-эзотерической фантастики и космической оперы. Так что в известном смысле Крыжановскую можно назвать одной из родоначальниц космооперы в мировой научной фантастике.

Бедному, умирающему от болезни врачу Ральфу Моргану таинственный посетитель предлагает… бессмертие. В обмен на искреннее служение божественным идеалам. Ему предстоит нести слово Божие в другие миры, отдать все силы для самосовершенствования и спасения рода человеческого от неминуемой гибели. Оказавшись в рядах братства бессмертных и пройдя «курс обучения», Ральф (теперь ему дано новое имя — Супрамати) становится полноправным членом братства — бессмертным магом. Ему предстоит пережить немало приключений, познать тайны Мироздания, совершить путешествия во времени и в космосе в качестве миссионера. И всё равно Земля гибнет — обезумевшее человечество, погрязшее во грехе и неверии, спровоцировало глобальную экологическую катастрофу, приведшую к закономерному финалу — гибели планеты и человеческой цивилизации. Вера в последний раз столкнулась с неверием, и неверие одержало победу. Братство бессмертных покидает Землю на заблаговременно построенных космических кораблях.

Конечно, с высоты сегодняшнего дня многое в романах Крыжановской выглядит наивным. Но вместе с тем, пенталогия насыщена массой любопытных тем и идей. Во всяком случае, Крыжановская с её «Магами» оказалась в ряду первенцев межзвездных путешествий и контактов. Ведь герои книг вовсю странствуют по временам, в параллельные и инозвёздные миры. Впервые в мировой фантастике здесь был описан метод телепортации. Встречаем в её романах и другие «модные» мотивы: клонирование, обмен разумами (отрицательный персонаж, профессор Шманов, переносит сознание богатых стариков в тела мальчиков, которых он «фабрикует химическим способом»). Крыжановская-Рочестер первой же освоила и популярную в фантастике ХХ века тему прогрессорства. В заключительной книге цикла, «Законодатели» (1916), бессмертные маги покидают гибнущую Землю на космических кораблях и отправляются к Новой планете, где человечество едва вышло из первобытного состояния. Там-то земные цивилизаторы и создают новое общество, воспитывая аборигенов «по своему образу и подобию». Необычные космические корабли, изображенные в романе, позже были «закаталогизированы» профессором Н.А. Рыниным в капитальном труде «Межпланетные сообщения: воспоминания о грядущем» (1929).

А четвёртая книга сериала — «Смерть планеты» — это ещё и эмоциональная антиутопия, роман-предупреждение, роман-катастрофа. Пророчества ужасают. Чего стоит одна лишь сцена, посвященная будущей судьбе московского Кремля: «Став национальной собственностью, он был распродан с аукциона, а некто Гольденблюм купил Большой Дворец и передал его в меблированный дом…».

Это — антиутопия.

А вот — классический роман-катастрофа: «Надвигались полярные льды, так что север Швеции, Норвегии и России стал необитаем…»

Пытаясь уберечься от нового ледникового периода, петербуржцы «целые кварталы покрыли гигантскими стеклянными куполами и отепляли электричеством». Однако судьба Петербурга, да и всей планеты уже предрешена: «И вот однажды ночью забушевала страшная буря. С грохотом точно пушечных выстрелов ломался лед, а яростный ветер гнал на город волны и глыбы льда. С ошеломляющей быстротой город был затоплен; но беда не была еще полна. В ту же ужасную ночь вулканический удар приподнял слегка дно Ладожского озера; вода вышла из берегов, а бурные пенистые волны, уничтожая все на своем пути, неслись, словно лавина, достигли Петербурга и наводнили его». Даже популярный в 1920-е года беллетрист Жак Тудуз, решившись «заморозить Европу» в романе «Европа во льдах», не был столь разрушителен в своей фантазии. Куда там! После испытания морозами, у Крыжановской началась финальная пытка огнем. Пронесся по планете сокрушительный ураган, а палящие лучи Солнца сжигали растительность и людей, потрескалась земля, высохли реки и озера, люди задыхались от нехватки кислорода…

Что и говорить: Армагеддон Крыжановская изобразила с размахом, не скупясь на шокирующие детали и фантазию.

…К космической фантастике относится и роман «На соседней планете» (1903). Это своеобразная космическая утопия об идеальном государстве на Марсе, куда случайно попадает главный герой-землянин. Впрочем, идеальное общество по Крыжановской оригинальным назвать нельзя: монархия, кастовое общество. Все это было ещё у Левшина и Булгарина.

Образам «идеальных государств» посвящён и роман «В ином мире» (1910). На этот раз писательница отправляет землян на Венеру.

В скобках отмечу любопытный факт: первые отечественные фантастические фильмы были сняты как раз по романам В.И. Крыжановской — «Кобра Капелла» и «Болотный цветок» (оба фильма — 1917 год).

Творческое наследие Веры Ивановны Крыжановской-Рочестер не ограничивается только историческими и фантастическими произведениями. Писала она и сочинения из современной жизни, любовные романы, снискавшие большую популярность у определенной части публики: «Паутина» (1906), «Рай без Адама» (1917), «Рекенштейны» (1894), «Торжище брака» (1893) и др.

Но многие исследователи творчества Крыжановской всё равно стремились рассматривать её как пишущего медиума, нежели как писателя: «В романах Веры Ивановны меня интересовала и интересует не фабула, иногда занятная, но часто наивная, а тот глубокий эзотерический смысл, который всегда скрыт за фабулой» (Л. Соколова-Рындина). Елена Рерих, в целом критично оценивая творчество писательницы, писала: «Ведь и книги Крыжановской сделали свое доброе дело. Наряду с немалой пошлостью, книги эти содержат истинные жемчужины. Несомненно она достойна уважения, ибо книги ее принесли свою пользу. Также несомненно, что ее серия «Маги» несравненно талантливее и богаче верными сведениями, нежели произведения многих позднейших романистов на оккультные темы».

Ещё при жизни писательницы её книги — особенно серия «Маги» — выдержали несколько переизданий, выходили они и после смерти Крыжановской — в Риге и Берлине, вплоть до середины 1930-х годов.

Не приняв революцию, Вера Ивановна Крыжановская эмигрировала в Эстонию. Но здесь она уже почти не писала — средств на издание книг не хватало. Она зарабатывала на жизнь, работая на лесопильном заводе «Форест», что серьёзно подорвало здоровье. Денег не хватало даже на нормальное питание. Вечерами подрабатывала… гадая на картах.

Скончалась писательница в полной нищете 29 декабря 1924 года в Таллине, «скончалась в маленькой, убогой комнатке, на старой железной кровати. Только двое присутствовали при последних ее минутах: дочь Тамара и верный друг их дома» (Вс. Нымтак. Воспоминания. Таллин,1935).

Похоронена писательница на таллинском Александро-Невском кладбище.

За 30 лет активной творческой работы В.И. Крыжановская-Рочестер создала более 80 романов и повестей — целую библиотеку жанровой беллетристики.

 

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*