Земля-3(D)

Кирилл КУТУЗОВ

 

Когда люди, почитывающие комиксы, начинают рассуждать о том, какое же влияние на рост популярности тех самых комиксов в России (да и в других странах, в которых своей широкой комикс-традиции не было) оказали супергеройские фильмы, то возникает две противоположные точки зрения.

 
Одни склонны отдавать фильмам по комиксам должное за то, что популярные персонажи с их помощью становятся только популярнее, а зритель иногда превращается в читателя комиксов — выходит из кинотеатра с растущим внутри культурным голодом, заваливается в ближайший комикс-шоп и покупает то, что хоть как-то напоминает полюбившиеся ему экранные приключения. Вторые признают, что персонажи, благодаря фильмам, может, и становятся популярнее, но вот собственно комиксы читать начинает очень малая доля зрителей, а профанация комикс-культуры, опять же благодаря фильмам, идёт полным ходом: появляются толпы фанатов Marvel и DC, никогда не державших комиксов в руках. В принципе, правы и те, и другие, хотя бы потому, что оба процесса на самом деле происходят и совершенно не мешают друг другу.

Но есть и ещё один процесс, катализатором которого выступают именно фильмы по комиксам (речь в частности идёт именно о супергероике, потому что только она считывается большинством зрителей как «фильмы по комиксам», в отличие от таких экранизаций, как «Астерикс и Обеликс» или, например, «РЕД»). Процесс этот — размытие канона, да и вообще формирование к этому самому «канону» довольно критического отношения.

К слову, для тех, кто заглянул сюда случайно: канон — эта совокупность признанных, официальных продуктов той или иной медиавселенной. В комиксах этот самый канон меняется в зависимости от времени, идей редакторов и даже элементарных ошибок. И человек, читающий комиксы в больших объёмах и достаточно давно, прекрасно понимает, что канон — штука условная, а каноничность истории — это вопрос скорее организационный, нежели творческий. Канон меняется, чтобы избавиться от последствий чьих-то неудачных сценарных экспериментов. Что-то объявляется вымышленной историей, что-то объявляется сном, что-то просто выносится за рамки вселенной. Обычный порядок вещей… Вот только нужно приобрести некоторую гибкость мышления и определенный запас иронии, чтобы воспринимать все эти вечные колебания линии канона здраво. И вот тут начинается проблема: отечественный зритель/читатель рос в эпоху отдельных, но очень ярких поп-культурных явлений, вытесняющих яркостью впечатлений всё остальное. И ложились эти разрывающие воображение мультфильмы, фильмы и комиксы на привитое школой знание о том, что история должна развиваться линейно — так, как она развивается в книгах. В результате сформировался значительный читательский массив, для которого «каноничность» — это знак качества и признак того, что с произведением совершенно точно необходимо ознакомиться. Эта почти самурайская верность издательской конъюнктуре вредит, в первую очередь, самому читателю: он стремиться ознакомиться с «настоящей» историей, не хочет, чтобы его обманули в мире, в котором самое большое удовольствие — быть обманутым.

И вот на этот самый массив читателей фильмы по комиксам начинают оказывать довольно благоприятное воздействие: почти ни один крупный фильм по комиксам (тем более по супергеройским) не снят дословно. Студии используют персонажей, отдельные сюжетные ходы, названия популярных серий, но компилируют совершенно новые истории – ещё один лоскут мультивселенной, главная соль которой — не знать, как зовут Бэтмена на каждой из Земель, а осознавать бесконечность версий и возможностей.

Зритель выходит из кинотеатра, унося в сердце ещё не слишком оформившуюся, но пульсирующую и обжигающую нутро любовь, он спешит в магазин и покупает там комикс с названием полюбившегося фильма… Но это не комикс-адаптация (у нас их издано не так много), а отдельная история, у которой по случаю совпадает название с просмотренным фильмом. Так к выходу одноименных фильмов у нас были изданы и переизданы «Гражданская война», «Эра Альтрона», к выходу очередной части киноэпопеи о Людях Икс в Ашет-коллекции вышел сборник «Дни минувшего будущего», связанный с фильмом только названием да парой сюжетных ходов. Зритель читает эти странные комиксы и… понимает, что где-то здесь кроется тот самый «неканон». Но где именно? На экране? Так там же всё было так круто! В комиксах? Но если фильм основан на комиксах, то как они могут быть «неканоном»? Канон не канон, интересно же! Щупальца конъюнктуры дают слабину, профанирующие комиксы блокбастеры делают своё доброе дело.

Неоформленная любовь начинает постепенно принимать форму карты мультивселенной.

 

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*